Тональность

Am                               Em
Меня называли богом и чёртом, и кем-то ещё другим,
G                                   Am
а я — всего лишь каждый четвёртый, погибший за Третий Рим.
Am                               Em
В меня стреляли, меня лупили, остались одни репьи —
G                             F     E     Am
и в каждом городе по могиле, и все могилы — мои.
Am                               Em
Пока пикировались уроды на самом, поди, верху,
G                                   Am
я грудью падал на пулемёты и превращался в труху,
Am                               Em
я направлял жестяные крылья на вражеские строи,

G
мои останки в окопах стыли,
Am
мои останки в траншеях стыли,
F
мои останки в землянках стыли,
E               Am
в болотах — тоже мои.

Am                               Em
Меня хвалили, меня ругали, где орден, где трибунал,
G                                   Am
а я ободранными руками оружие поднимал.
Am                               Em
Цевьё горело и жгло ладони, калечил приклад плечо,
G                             F     E     Am
но я молчал, ведь мертвец не стонет, как не было б горячо.
Am                               Em
Пока смеялись в тылу ублюдки, ввязавшиеся в войну,
G                                   Am
я в недоформенном полушубке сидел у зимы в плену,
Am                               Em
а после полз под землёй с кротами и вламывался в бои:

G
мои подошвы Белград топтали,
Am
Варшаву и Будапешт топтали,
F
мои подошвы Берлин топтали,
E               Am
и Прагу — тоже мои.

Am                               Em
Меня описывали в романах не видевшие войны,
G                                   Am
меня залили в гранит и мрамор, и в звон гитарной струны.
Am                               Em
Всё это правильно и почётно — на том до сих пор стоим —
G                            F     E     Am
но я всего-то каждый четвёртый, погибший за Третий Рим.
Am                               Em
А впрочем — что тут, страна большая, нас хватит на бой любой,
G                                   Am
и если я всех мертвецов смешаю, то будет каждый восьмой.
Am                               Em
И те, кто жив, продолжают биться, и насмерть, как я, стоят.

G
Я вижу их и читаю в лицах:
Am
Москва и Киев — мои столицы,
F
и Минск, и Рига — мои столицы,
E               Am
и Вильнюс — тоже моя.