Тональность

 
           A#m
 Стучит бодрящий укол в висках,
                              G#
 Как патроны, что попали, но нет свинца.
               F#                                  F#
 Реки по коридорам — сосуды, уносит снова мой нелепый рассудок,
 А на лице нет выражения лица.
 A#m
 И снова хитрая лиса — моя тяга,
 G#
 С легкого плеча оттолкнула, упала рядом.
 F#                                        G#
 Сказала, сказке нет конца, и рано наивно строишь из себя храбреца.
 Вот белый снег, на, впитай его в себя побольше,
 Видишь, как былые раны еще кровоточат.
 Ты помнишь мое тихое дно, в котором прятался 
 от вихря подозрительных снов.
 А я сказал, постой, теперь я только наблюдатель,
 Она кричала с пеной у рта: «Предатель!»
 Тут, что бы ты взамен не нашел без меня,
 Тебе уже точно не будет хорошо.
 А я убил ее, не потратив ни капли не потратив нервов,
 Забыв, как эта тварь меня убила первой.
 Не вняв ее последнему «прости»,
 Не оставил ей шанса, ведь только так я мог расти.

 Все, что есть у нас, не для гордости,
 Вроде бы точка, но капля сожаления упала на землю.
 Стала прорастать зеленым росточком,
 А после из травинки превратилась в систему.
 И снова ваше дело — не мое дело,
 Без маленькой детали все же рухнул фундамент.
 Вонзает в спину ядовитые стрелы,
 А я ищу ее глоток сухими губами.
 Кричу, постой, не стоило рубить так грубо,
 По комнате пустой летает моя ругань.
 Стенами давит на седину моих висков,
 И звезды все еще на небе, но сломан мой телескоп.
 Теперь она молчит, и в страсти больше нет смысла,
 Как свастика, сплелись две наши с ней ухмылки.
 Серыми тучами склеим солнца яркий диск,
 Теперь кто из нас круче? Какая разница, проснись.
 Тут нет меня, а где же ты, скажи на милость?
 Меня и не было, тебе все это лишь приснилось,
 Откроются шторы, пора домой сквозь легкий шорох листвы  
 на просторах солнечного лета.

 Чувство вечное, настоящее.
 Все, что есть у нас, не для гордости.